Знаменитый вратарь и тренер Владимир Мышкин 19 июня отмечает 60-летие

7a2146f694c8c162106d9dc38e2e3295


фото: Геннадий Черкасов

«Достиг пенсионного возраста, но не чувствую этого»

— Владимир Семенович, с каким настроением подходите к 60-летию? Планируете большой праздник или отметите скромно, по-семейному?

— Много гостей точно не будет — родные, близкие. Но я уже давно привык к подобному формату — ведь 19 июня все хоккеисты в отпусках, на отдыхе, редко когда удавалось собрать большую компанию. Да и, признаться, не могу сказать, что как-то особенно выделяю среди праздников этот день. Хотя, приятно, конечно, когда поздравляют.

— А какой день рождения вспоминаете чаще всего?

— Это было еще во времена моей игроцкой карьеры. Мы отдыхали в Ялте, в одноименной гостинице. Было много хоккеистов ЦСКА, «Динамо», других клубов. Все наши. А мы с Сергеем Макаровым родились в один день, только он на 3 года старше. Вот мы совместно и устроили празднование. Вот тот раз отложился в памяти. А обычно в отпуске, на югах, в узкой компании.

— Ощущаете приближающийся размен седьмого десятка?

— (Смеется.) Возраст действительно солидный, официально становлюсь пенсионером, но не могу сказать, что ощущаю это физически. Я все еще выхожу на лед в составе «Легенд хоккея» и чувствую, что нахожусь в неплохой форме. Да, тело не всегда успевает за головой, но порой своими действиями в воротах срываю аплодисменты партнеров, соперников и публики.

— А вот Владислав Третьяк ворота больше не защищает. Если и выходит на лед, то в качестве полевого игрока.

— Это индивидуальный вопрос. Полагаю, что Владислав Александрович просто вынужден беречь себя. А может, и другие причины есть. Я же по-прежнему получаю удовольствие от игры в воротах. К тому же я ведь не просто взял и вышел на лед после многолетнего перерыва. Я и не прекращал играть.

— Довольно часто от игроков, заканчивающих или уже закончивших карьеру, можно услышать, что они только сейчас стали понимать, как надо играть, а ноги уже не бегут. Вы, после того как завершили профессиональную карьеру, много нового для себя поняли во вратарском деле?

— Какой был багаж, тот и остался. Да, появились новые стили, на коленках например. Но я как играл, так и играю.

— Вопрос, без которого сложно обойтись накануне знаменательной даты: довольны тем, как сложилась карьера, или что-то, будь такая возможность, изменили?

— Не могу сказать, что в моей жизни или спортивной карьере были переломные, определяющие моменты, к которым я бы постоянно возвращался и хотел что-то поменять. Ничего глобально менять не стал бы точно. Да, случались досадные поражения, но без них спорт невозможен. Если на небесах так было решено, то и относиться к этому надо философски.

— А правдива история, согласно которой путь в хоккей перед вами открыл ваш земляк Александр Мальцев?

— «Открыл путь в хоккей» — слишком громко сказано. Но действительно был случай, когда Александр Николаевич Мальцев, которому на тот момент было лет 16–17, а сам он являлся игроком «Олимпии», работал на матче «Золотой шайбы». Мне было лет 12. У нас было в команде 2 вратаря — я и младший брат Мальцева Сергей. И вот Сергей пропустил досадную шайбу, едва ли не от чужих ворот. Мальцев-старший кричит ему: «Все, снимай форму, ты больше не вратарь, будешь играть в нападении». А я встал в ворота. Вряд ли можно говорить, что именно Александр Мальцев лично открыл передо мной дверь в хоккей, но поучаствовал в этом процессе точно.


фото: Геннадий Черкасов

«Первые коньки — подточенные лезвия от фигурных, приделанные к ботинкам»

— Вашим первым большим клубом были «Крылья Советов». Еще 10 лет вы отдали московскому «Динамо». А сами кем себя считаете: динамовцем или все же «Крылья» роднее?

— В профессиональном хоккее я провел 20 сезонов. Первый сезон, еще учась в 10-м классе школы, я провел в родной кирово-чепецкой «Олимпии». Затем 3 сезона в «Крыльях Советов». После было 2 сезона в саратовском «Кристалле», из которого я еще на 3 вернулся в «Крылья». Затем было 10 сезонов в московском «Динамо», а завершал я карьеру в финском «Лукко». И каждый из этих клубов оставил след в моем сердце.

Все эти клубы мне родные, каждый мне многое дал. В «Олимпии» делал первые шаги, в «Крыльях» по сути получил путевку в большой хоккей, в «Динамо» прошли лучшие годы карьеры, а в Финляндии у меня дочь родилась. Но я с самого детства болел за «Динамо».

Это сегодня информационные потоки, в том числе и спортивной направленности, окружают тебя в любой точке планеты. А во времена моей юности у нас в Кирово-Чепецке даже центрального телевидения не было. Хоккей мы знали больше по радиорепортажам и газетам. В 1964 году вышел замечательный фильм «Хоккеисты» с целой россыпью потрясающих актеров, на который мы ходили в кинотеатр. В те же годы началась победная серия нашей сборной на чемпионатах мира. А мой отец — работник МВД, прошедший путь от участкового до начальника районного отделения, болел за «Динамо».

В 1967 году в Кирово-Чепецке установили ретранслятор, и появилось телевидение. И едва ли не первой передачей, которую показали, стал матч ЦСКА — «Динамо». Бело-голубые победили в той игре 5:3.

Появление в клубе земляка Александра Мальцева на следующий год, конечно, добавило симпатий к команде, но не было определяющим и первостепенным. И сегодня я поддерживаю общество «Динамо» на всех фронтах — болею и за футболистов, и за хоккеистов, и за баскетболистов в бело-голубой форме.

— Помните свою первую вратарскую амуницию? Наверняка в те годы у голкиперов с экипировкой были проблемы.

— Раньше не было специальных вратарских коньков. По крайней мере, мальчишке достать такие было невозможно. Так мне на простые ботинки приделали лезвия от подточенных фигурных коньков. Уже позже появились чешские лезвия «Блеск», которые крепились к отечественным вратарским ботинкам.

У нас в Кирово-Чепецке был целый сапожный цех, в котором латали и перешивали не только обувь, но и щитки, ловушки, блины. Конечно, до зарубежных аналогов было далеко, но делали на совесть.

— На вратарские маски в те времена не было принято наносить устрашающие рисунки, как у сегодняшних голкиперов?

— Какие рисунки? Первая решетка на маске появилась у Владислава Третьяка году эдак в 1969-м. А до этого были обычные лицевые маски, которые делали по слепкам с лица и обтягивали изнутри специальной тканью. На нашем городском заводе такие изготавливали. А настоящие, фирменные маски я увидел лишь после переезда в Москву.

— Игра каких современных голкиперов вам импонирует? Может, есть кто-то напоминающий по манере вас?

— Каждый вратарь — индивидуальность, со своей судьбой и направлением. Никого с собой не пытался сравнивать. Симпатии? Мне нравится молодое поколение российских голкиперов.

— Вы тезка с Высоцким не только по имени, но и по отчеству, отразилось ли это каким-либо образом на вашей жизни?

— Никак. Нам так и не довелось встретиться. Когда он навещал в сборную в 70-е годы, меня в составе еще не было. Конечно, люблю и знаю его творчество, но нас никогда не сравнивали.


фото: Геннадий Черкасов

«Спокойнее всего игралось, когда в защите выходил Валерий Васильев»

— Какую из ваших многочисленных наград особо цените?

— Есть, конечно, небольшой личный музей, стенка, на которой выставлены награды. Все они по-своему дороги, но выделю свою первую золотую медаль, которую получил на «Золотой шайбе». А еще в том же турнире я был признан лучшим вратарем.

— Часто лучшим матчем в вашей карьере называют решающую встречу Кубка вызова в 1979 году, когда вы, сменив Владислава Третьяка, отстояли на ноль в матче против сборной НХЛ, а наша команда уверенно победила — 6:0. Согласны?

— Та игра стала знаковой, тем рубежом, после которого карьера пошла по нарастающей. Не скажу, что в том матче я творил чудеса и совершал суперсэйвы, но отыграл очень чисто, уверенно, грамотно. Было еще несколько матчей, в которых я демонстрировал игру, которой сам был практически полностью удовлетворен, но та игра в Нью-Йорке была крайне важной. Тот матч во многом предопределил мою дальнейшую судьбу.

А вот моего канадского коллегу Джерри Чиверса, защищавшего в том матче ворота соперника, мне откровенно жаль. Ну не заслуживал он 6 пропущенных шайб.

— Вам как вратарю с какими защитниками было комфортнее всего играть?

— Довелось поиграть с такими великими игроками, как Валерий Васильев, Зинэтула Билялетдинов, Василий Первухин, Вячеслав Фетисов, Алексей Касатонов… Но больше вспоминается Валерий Иванович Васильев. С ним было спокойно. Я был уверен и в его грамотных действиях в обороне, и в том, что он всегда защитит и меня, и ворота, ляжет под шайбу при необходимости.

— Сборная России радует нас победами с куда более скромной регулярностью, чем в советские времена. Возможно ли вернуть отечественный хоккей на былые позиции, или те времена ушли безвозвратно?

— Былого уже не вернуть. Времена, когда мы не считали финнов за соперников, давно ушли. Сегодня многие научились играть в хоккей. Так что говорить о долголетней гегемонии Канады или России в современном хоккее не приходится.

— Какой подарок хотели бы получить на юбилей?

— Самое главное, чтобы было спокойно в мире, без катаклизмов. Чтобы родные и близкие были здоровы и счастливы, а любимая игра радовала. Хочу идти по жизни день за днем, радоваться каждому прожитому дню.