Петкун на лужниковском скандал: «я Не понимаю, это отношение к людям»

фoтo: www.tancyminus.ru

Кaзaлoсь бы, нeт ничeгo, чтo мoжeт испoртить футбoльный прaздник: нe тaк вaжeн счeт, зaбитыe или прoпущeнныe гoлы, стoимoсть билeтoв нa… нa сaмoм Дeлe oн oпрoвeрг этo-рoмaнтичeскиe мысли. В интeрнeтe сo скoрoстью свeтa рaспрoстрaняeтся, кaк плoxo был oргaнизoвaн выxoд бoлeльщикoв из oбнoвлeннoгo стaдиoнa пoслe окончания матча.

«МК» удалось узнать из первых рук, что именно происходит в «Лужниках» после финального свистка. Впечатлениями поделился с нами известный певец, музыкант, лидер группы «Танцы Минус» Вячеслав Петкун. Был на трибунах на стадионе с детьми.

— Общий вывод: правоохранители не существовало понимания того, как надо действовать, — отметил собеседник «МК». – Начнем с того, что были проблемы, прежде чем начать игру. Мы были на машине. С шага. Примерно за час с небольшим до начала матча приехали на съезде с Третьего транспортного кольца на Лужнецкой набережной. Но приехать в «Лужники» было невозможно. Я должен был вернуться назад и попасть на стадион со стороны Фрунзенской набережной. Оказалось, что въезд с другой стороны.

Уже до начала заседания оставалось около получаса. В результате он отправился с женой и детьми на стадион на машине, подошел инспектор. Там скопилось много людей. До тех пор, пока велся тщательный досмотр, очередь двигалась очень медленно. Тогда люди с детьми стали прыгать отдельно. За 20 минут до начала игры перед павильонах у входа на территорию «Лужников» простая проверка. Кто был с детьми, предлагали пройти без очереди. Конечно, они не были удовлетворены все. Но я была с детьми 8 и 10 лет, воспользовался этим правом. В это время в инспекции уже практически не было. Все было проверено на уровне: «У тебя есть зажигалка? — Нет. — Что в кармане? — Очки». Если не открывается… Честно говоря, не понимаю такое отношение к людям со стороны организаторов и защиты. Это странно. Огромное скопление людей, уже само по себе представляет опасность.

— И что это было в конце игры?

— Мы сидели на более высокий уровень. После игры остались там в течение приблизительно 40 минут, потом мы начали производить через подтрибунное помещение. Можно было спуститься вниз и выйти на улицу, но не все. У нас были билеты в 219 промышленности. Выход с открытым близлежащих областях. Потом началось невероятное. Внутри стадиона все лестницы были закрыты. Стояла охрана и никто его не хотел. Среди зрителей было много женщин, семей с детьми, пожилых людей. Все хотели больше идти.

Мы столкнулись с хамское отношение: абсолютно на всех, не учитывая возраст, это было обращение на «ты». Стояли в оцеплении ткнул всех, и он вел себя довольно нервно, — видимо, сами не поняли, что они должны делать и почему. Ощущение было, что они сами забыли… Полиция грубо блокировали коридоры и лестницы. Стюарды не грубо. Они просто сказали, что сами здесь в первый раз, и не понимают, что происходит. Через 10 минут поле того, как они открыли по лестнице, мы попали на улицу. Там было довольно пустынно, но, судя по скандированию отдельные слова, люди с высоким уровень по-прежнему оставался внутри.

Скажем так: я собираюсь идти на матчах чемпионата мира, но теперь очень сильно подумала, стоит ли это делать. Если такие действия без смысла повторятся, я в «Лужниках» больше не пойду.

— Вы, конечно, были и до матча во время Кубка конфедераций. Потом что-то подобное произошло?

— Есть большая разница. Одна вещь, Конфедераций, еще одна игра с Аргентиной в «Лужниках». На мой взгляд, сейчас меры безопасности были чрезмерными. Можно было сделать шире проходы, обеспечить выходы в разных направлениях, не закрывать для людей в метро… Да, многое можно было бы сделать, чтобы отток людей со стадиона прошел быстро. Нигде в других странах я не видел ничего: ни в Англии, ни в Испании, ни в Италии. Толпа есть везде, но нигде нет такого, что выйти не дают никаких оснований в мире.

— Если что-то подобное повторится на чемпионате мира, что может повредить репутации России как организатор?

— Рядом с нами были пакистанцы и индийцы с российскими флагами на щеках. Иностранцев там было не так много. То, что происходит удивило и позабавило их, а не.

— Для того чтобы выйти со стадиона, чтобы многие удалось только через полчаса после финального свистка…

— На территории отеля тоже было оцепление, и вел он сам, не ясно. Мы не могли идти пешком. Попросили показать ключи от машины. Они считают, что это безопасность, и я думаю, что — ужас.

— Давайте о хорошем. Каковы ваши впечатления о стадионе?

— «Лужники» мне очень понравилось. Стадион замечательный. Я не хочу, чтобы что-то особенное я ожидал, но пришел туда, и я понял: строительства тяжелой. Обзор очень хороший — это важно. Достаточно удобная навигация. Мы сразу же нашли свой сектор, они перешли на него. Несмотря на то, что было много людей, можно было купить чай и греться. Он приятно удивлен.

В первый раз все замечательно. Вызвало только эти так называемые меры безопасности, которые на самом деле представляют опасность. Создается впечатление, что не зрители пришли на футбол, а кто-то собирается протестовать, бить стекла, жечь машины. Отношение к детям и пожилым людям, — настоящее безобразие. Если мужчины полиция или «Росгвардии» черные красивые костюмы не могут войти в контакт с нормальными болельщиками, пусть их не направляют на стадионе. Оказывается, у нас футбол не для людей, и для мастеров, и самих футболистов. 80 тысяч человек на трибунах-это приложение, отягощающий жизнь. Что потом скажут: не мешайте жить, а не идти на стадионы.

Это и понятно: бойцы могут быть раздражение по поводу отсутствия ясности в свою позицию. Один из них мне ответил: «Мы не понимаем, что происходит. Найдем, посмотрим, что скажут больше». Я часто хожу на эти события. На них всегда присутствует старший, офицер, и там были только простые бойцы, которые не ответили на вопросы, и просто хамили.

— Так что, открытие обновленных «Лужниках» не удалось…

— Нет. Спасибо строителям стадиона! Игроки сборной также пытался и выступали, как могли. У нас новая команда, образовалась. Тренер пытается то одни, то другие. Видно, что команда создается на наших глазах, мы должны только ждать и иметь терпение. Я готов. Остальное к футболу не относится. Речь идет о нашей жизни. Вот такой суровой среде, в которой мы живем. Вы знаете, это очень, чем для сотрудников полиции – и это сравнение ему ни в коем случае не относится. Но здесь есть собаки, домашние животные и сторожевых собак. Барбос иностранцам всегда относится враждебно. Она знает только хозяин, что касается остальных — в любом случае, человек пришел на футбол или на улице хулиганы.

— Если говорить непосредственно о матче, как бы вы могли оценить качество игры команды?

— Это трудно сказать. С такими командами, как Аргентина, мы должны играть на контратаках, стараться использовать их ошибки. С тактической точки зрения все было правильно, даже если ждать больше от конкретных футболистов. Надо перестать пугать руководство команды и дать возможность подготовить команду к чемпионату мира. Я не очень романтично настроен, и я не думаю, что мы можем выиграть турнир, но выступить достойно — это в наших силах. В любом случае, все к этому идет. Мы не бразильцы, и мы не имеем возможности Германии. Но создать сильную команду и противостоять своим противникам мы можем.

— Что, на ваш взгляд, можно ожидать от предстоящего во вторник в санкт-Петербурге матч Россия — Испания?

— Конечно, я хочу пожелать успеха команды. Но прогнозы делать трудно. Это управление в игре. Их важность, потому что в этот раз мы не квалификации. Но главная задача этих игр не в прямом эфире. Здесь является более важным, чем полное участие работы, внутренняя архитектура игры. В целом видно, что команда строится, отработаны стандартные положения.

— Вы могли бы процитировать кого-то из игроков в частности?

— Во-первых, Константин Рауш. Это из «Кельна», это последнее место в Бундеслиге сейчас, но на фоне некоторые из наших игроков отличился положительно. Конечно, порадовал Дзагоев. С его выходом на поле началась жизнь, творчество, агитация. Ощущение, что сейчас может произойти что-то, что приведет к опасности для ворот Аргентины. Не забываем, что у нас Зобнин, Головин. Сейчас я травмирован, но они могут помочь команде.