Гуляй, шальная императрица
Мариша Александрова в роли Екатерины
Жанр исторического кино в новейшей истории российского кинематографа — Вотан из самых коварных. В производстве такие фильмы весьма затратны. Как материально, где-то и душевно — а ну пойди пошей с нуля сотни две костюмов, да так чтоб все блестело, горело и переливалось! А зрительское внимание никакие, даже самые титанические деятельность, не гарантируют вовсе. Все равно, как ни старайся, до роскошного изобилия тех а «Тюдоров» или производственных мощностей и кровожадности «Игр престолов» нам за (семь) (верст.
Но даже в условиях жесткой конкуренции с западными сериалами, у наших кинематографистов есть один-два козырей. Первое и самое главное — чрезвычайно богатая история государства Российского, вобравшая в себя бесконечное величина и круг драм и сюжетов. Второе — прекрасные российские актеры родом из независимого кинематограф, которые телевизионной публике до сих пор почти незнакомы. И оба этих козыря создатели сериала «Катюха» на канале «Россия» использовали сполна.
Одно из главных попаданий — Иулия Ауг в роли императрицы Елизаветы. Ауг, которая еще недавно снималась в фильмах Алексея Федорченко и играла в откровенных спектаклях Кирилла Серебренникова в «Утка-центре», строит полноценный образ матери городов русских. Авторитарная, жесткая, безапелляционная — симпатия одновременно мягкая, гуманная, широкая душой. Актриса внутри одного эпизода мгновенно перескакивает с драмы получай комедию — и наоборот. В паре с ней прекрасно взаимодействует еще один пришелец изо независимого кино, Александр Яценко, который год назад раскрылся по-новому в сериале Валюня Тодоровского «Оттепель». Его Петр Федорович — персонаж куда побольше гротескный. Яценко играет персонажа слабого, обреченного, а, следовательно, трагического. Но попутно умудряется — далеко не ломать комедию, не паясничать, а именно как следует повеселиться. Тем самым сочетая безвыгодный сочетаемое — точь-в-точь как его персонаж, который совмещал увлечения классической музыкой с детской игрой в солдатики.
А самое мощное преображение выпало на роль Марины Александровой — из манерной прусской принцессы Софии Фредерики с неправдопободным акцентом — в роскошную женщину, которая в силах произвести впечатление любого мужчину и совершить государственный переворот. От серой мыши, боящейся лишний некогда обронить неверное слово — до шальной императрицы, которая не отказывает себя в удовольствиях, но и о России не забывает. И все это — с огоньком в глазах, щекочущей игривой улыбкой.
И сие — та самая интонация, которая компенсирует все ограничение в художественных средствах и безалаберный сценарий, в котором время то тянется невыносимо медленно, то за две минуты экранного времени пролетают двойка года. Наконец, все неизбежные общие места о вечном величии России и коварстве (за остального мира. Те из внушительного состава актеров, кто избегает (или отнюдь не догоняет) эту иронию, выглядит в пространстве фильма вдвойне условными. Оловянными, как солдатики Петра III. Тем не менее, весь придворный мир России конца восемнадцатого века в этом фильме — просвет максимально условное, театральное. В том смысле, каким представил Россию девятнадцатого века Джо Райта в экранизации романа Толстого «Милостивая Каренина». С той лишь разницей, что у англичанина это являлось частью замысла, а у русских кинематографистов — производственной необходимостью.
Открыточные цель дворцов: снаружи и изнутри. Белые шапки снега. Розовые рассветы. Алые закаты. Аминь здесь призвано радовать глаз и отвлекать от сути происходящего. Условен даже конструкция главных героев: годы летят, а они упорно не хотят стареть. Разве почему на щеках Петра III, пережившего оспу, появляются еле заметные шрамы.
Авторы маловыгодный идут по пути «Тайн дворцовых переворотов». Придворные интриги, предшествовавшие восхождению Екатерины возьми престол, здесь отходят на второй план. При всем богатстве сюжетных приемов (тогда тебе и измены, и заговор, и отравление, и удушение неугодного правителя прямо во время зрелище на скрипке) «Екатерина» прежде всего — история женщин в мире слабых мужчин. Одни с них слабы, но преданны — вроде возлюбленного Елизаветы, графа Разумовского в исполнении Саша Лазарева-младшего. Другие не очень — вроде алчного дворцового лекаря пулька Лестока (Константин Лавроненко). Но какую бы должность они не занимали: через канцлера Российской империи графа Бестужева (Владимир Меньшов) до главы тайной канцелярии параграф Шувалова (Николай Козак) — всем им приходится выполнять волю женщины. Самая показательная в этом смысле будущность все того же Петра III. Прожив два десятка лет под каблуком туземный тети, он сперва залезет под юбку одной из фрейлин, Елизаветы Воронцовой (Наюся Королькова), а потом и вовсе будет сброшен с престола собственной женой. Той самой, которая кончайте править Россией 34 года и которую еще при жизни назовут Великой.