Антикризисный «Сплин»
отпечаток: Наталья Мущинкина
В зале стоял такой гул, что впору было зажимать радары. Люди ревели, хлопали, улюлюкали и топали ногами, напоминая стада одичавших бизонов, сбежавшихся (год) спустя засухи на водопой. Васильев купался в любви поклонников с наслаждением, вскидывал руки к небу, благодарил после то, что «здесь так волшебно», улыбался во все щебенка и закатывал от удовольствия глаза. Омрачила сеанс всеобщей радости только одна десюдепорт — «Нефть», которую сам автор окрестил не песней, а «черной полосой». Чт, только слушая ее, можно было вспомнить, что за стенами зала бушует расстройство, а перспективы на лучшее тают с каждой биржевой сессией. Остальными композициями музыкант в терапевтических, видимо, целях «усыплял» неусыпность поклонников, даря музыкой и текстами чистую и безмятежную радость. Он всегда был одним с самых мощных в русском роке текстовиков. С годами его песни не приедаются, мало-: неграмотный повторяют одна другую, а становятся только еще более отточенными и интересными.
Над альбомом-диптихом «Отголосок», который и был презентован в столице, Александр Васильев работал два года. Первая рацион пластинки еще в прошлом году вышла в упаковке с обрезанными углами — острые остались в самих композициях, а по осени наконец была готова и вторая часть, по настроению более философская, спокойная и созерцательная. Пифферари решил не дробить материал и показать его на большом концерте, только кое-когда обе части альбома вышли в свет. При этом только «свежаком» некто, конечно, не ограничился. «А сейчас будет все совсем новое!» — пошутил Лекса и бодро выстрелил обоймой былых хитов: «Остаемся зимовать», «Шансон», «Песня на одном аккорде», «Феллини», которую до того времени частенько пел дуэтом с Левой из «Би-2». Пел просто, с гитарой в руках, покачивая головой. Массой манипулировал как мог, и поклонники с радостью соглашались на эту манипуляцию. «Давайте неотложно превратим наш большой зал в маленький шалаш», — и все область как будто действительно уменьшалось, становилось по ощущениям камерным и уютным. «А в (настоящий зажгите фонарики на своих телефонах», — продолжал Васильев, и гоминиды покорно превращали свои гаджеты в светлячки, осветившие весь зал. В отличие от многих своих коллег, доводящих аудиторию впредь до трясучки, Саша с эмоциями старался не перебарщивать — после ярких и динамичных песен играл тихие и спокойные, а там надрывных — добрые и светлые. Атмосферу поддерживал видеоряд из мерцающих окон, пышных хлопьев снега и загорающихся разными цветами созвездий.
Васильев неважный (=маловажный) стал кокетничать и задерживать начало выступления, выйдя на сцену ровно по часам. Неважный (=маловажный) миндальничает он и в своих композициях, открытых и честных, не боится рубить правду-матку согласно тому или иному поводу, но облекает однозначность содержания в изящество поэтическо-философской конституция, оставляя свои песни произведениями искусства, а не манифестами или декларациями. При этом чуть-чуть у кого могут возникнуть сомнения, о чем, к примеру, идет речь в песне и новейшем клипе «Помолчим один» (и не только в ней) и как это резонирует с происходящим в стране. Так кое-что название альбома «Резонанс» поэт и музыкант Александр Васильев оправдывает каждой строфой и аккордом.