Юрий Поляков: «Я веду переговоры с несколькими театрами»
снимок: Наталья Мущинкина
— Как мы знаем, Театр им. Рубена Симонова достаточно частью Театра им. Вахтангова; поменяется всё — и труппа, и общая сценическая поведение… «Козленок» останется в репертуаре?
— Скорее всего, нет. Первоначально там ремонт начнется, а дальше… у Туминаса свое отношение к современной драматургии.
— Сколь(ко) я слышал, эта новая для Вахтанговского театра площадка как раз может существовать ориентирована на современные вещи.
— Поверьте мне (опираясь на мой немаленький опытность драматурга): при смене хозяев от прежнего репертуара ничего не остается изо принципа, даже если шли какие-то аншлаговые спектакли, каким и был «Козленок в молоке». Представление идет с 1997 года. Всего состоялось около 600 представлений. Это уникальный случайность: ни одна современная пьеса, идущая по стране, столько показов не имела.
— До чего эта пьеса, написанная в 90-е и про 90-е, продолжает быть актуальной сегодня?
— Объединение проблематике — абсолютно актуальна, ведь описывается творческая среда. А кроме того, мои пьесы 90-х стали своеобразной микроретроспекцией, их начинают оценивать по второму разу: вот только что поставили в Иркутском театре драмы мою комедию «Халам-Бунду», которая пусть будет так с грандиозным успехом — до весны продали все билеты. Чем я это объясняю (не считая своих скромных способностей)? Дело в том, что комедия она как бы настаивается, — вспомните, какой-никакой успех и в наши дни имеют пьесы Эрдмана 20-х годов или произведения Булгакова. У комедий своеобразная пленка появляется, если она продержится в репертуаре 10–15–20 полет. Вот и сейчас проснулся интерес к позднесоветской и ранней постсоветской эпохе.
— Нет ли внутренние резервы перенести «Козленка» в какой-то другой театр?
— Вообще мои пьесы идут и у Дорониной вот МХАТе, у Ширвиндта в Сатире, у Морозова в Театре армии… и сейчас несколько театров ведут со мной беседа касательно «Козленка». Суть в чем? Аншлаговых комедий в России сейчас бог немного.
— Мне кажется, само время такое, что сатирический жанр — что жанр — серьезно хромает…
— Конечно. Комедиографов всегда мало, это своебычливый талант. Кстати, в театре Сатиры уже 10 лет идет мой «Хомо Эректус» и как и с аншлагами. Так что предложения у меня есть, я их рассматриваю. Но текст, передвинутый на другую сцену, — это уже другое художественное произведение. А «Козленок в молоке» в Театре Симонова пользовался большим успехом; я его играли на огромных площадках. Например, когда Гаркалин исполнял главную амплуа, спектакль давали в двухтысячном зале гостиницы «Космос». А также в Сатире, в Вахтанговском. Уникальная спектакль. Но… теперь приходится прощаться. Пьеса-то не пропадет. Хотя самоуправно спектакль мне жаль; он, как говорится, намоленный.
— Я абсолютно разделяю вашу мучительность за спектакль, но согласитесь, что сам театр был немножечко запущен…
— Неужели о чем тут уже говорить, раз он все равно закрывается. А вообще я считаю, яко театры лучше возрождать, чем закрывать. Ну представьте, если бы Таганку безвыгодный возродили бы (пригласив туда Любимова), а закрыли бы.